среда, 20 июля 2016 г.

Экранизации, по которым нельзя судить о книге

Трудно найти такую экранизацию книги, которая соответствовала бы оригиналу до последней буквы: втискивая роман, рассказ или комикс в два часа экранного времени, сценаристы практически всегда вынуждены чем-то жертвовать или что-то дописывать от себя. Однако, временами они уж слишком увлекаются, и от первоисточника мало что остается. Иногда конечный результат не впечатляет зрителя, а иногда такие изменения даже идут фильму на пользу. Одним словом, не сравнив оба варианта самому, лучше не ввязываться в дискуссии с критиками.




Сияние / The Shining, 1980


Никто не спорит, что «Сияние» Стэнли Кубрика —  один из величайших кинохорроров всех времен, но сам автор исходного романа-бестселлера Стивен Кинг остался от фильма в большом неудовольствии. Если в книге главным злом был старый отель, напитанный паранормальщиной, то режиссер Кубрик перенес все отрицательные акценты на главного героя: из жертвы обстоятельств тот превратился в мерзкого алкоголика, допившегося до белой горячки. 

«Сияние» же — ясновидческий дар мальчика Дэнни, давший название всему сюжету и многократно проявляющийся по ходу книги, — в фильме почти отсутствует. Кроме того, Кубрик зачем-то убил одного из важных персонажей и капитально перелопатил финал.

Посмотрев фильм, Кинг язвительно назвал его «огромным красивым „Кадиллаком“, в который забыли вставить мотор». Чтобы восстановить справедливость, 17 лет спустя он самолично спродюсировал по своей книге сериал, который придерживался буквы оригинала куда скрупулезней, — правда, эта версия «Сияния» никогда не входила в топы зрительских симпатий, и далеко не всякий любитель ужастиков вообще знает о ее существовании.



Квант милосердия / Quantum of Solace, 2008


Вообще-то с Джеймсом Бондом много чего не так. В книгах Яна Флеминга это довольно мрачный тип, не расстающийся со стаканом, — в фильмах же Бонд показан персоной куда более светлой и ироничной. 

Книжный агент 007 имеет стабильные алкогольные и гардеробные предпочтения, в кино он их меняет в зависимости от текущих нужд продакт-плейсмента. 

Но самое занятное, что ряд фильмов бондианы к библиографии Флеминга вообще никакого отношения не имеют: несмотря на то что у писателя действительно есть произведения с названиями «Лунный гонщик», «Шпион, который меня любил», «Вид на убийство», их сюжеты не соответствуют «экранизациям» чуть более, чем полностью. Еще несколько романов соответствуют фильмам лишь частично либо вообще меняют жанры: например, картина «Казино „Рояль“» 1967 года, не входящая в официальную бондиану, — это сатирическая комедия с абсурдными шутками.

Чем сильней менялся образ Бонда с десятилетиями, тем дальше сценаристы уходили от литературных первооснов — однако при этом продолжали делать вид, что бережно экранизируют наследие умершего еще в 1964 году Флеминга. Апофеозом подобной политики можно считать рассказ «Квант милосердия», у которого с одноименным фильмом 2008 года нет вовсе никаких сюжетных пересечений. Что ж, продюсеров можно только похвалить: под их руководством экранный Бонд стал самодостаточным явлением и сумел не утратить лоска за полвека активной деятельности. Но если вы вдруг захотите почитать книги о его приключениях, то сильно удивитесь.


Завтрак у Тиффани / Breakfast at Tiffany’s, 1961


Комедию Блейка Эдвардса с Одри Хепберн в главной роли не смотрел, наверное, только ленивый. Многие зрители были очарованы героиней по имени Холли Голайтли — эксцентричной девицей, неустанно ищущей богатого жениха и в финале находящей свое счастье в лице соседа, которого считала просто приятелем. Хеппи-энд, все довольны, граждане расходятся по домам…

Фильм стал классикой, хотя если бы вы прочли одноименную новеллу Трумена Капоте, то обнаружили бы, что автор смотрел на вещи несколько иначе: Холли в книжном изложении — не «девочка-праздник», свободолюбие которой достойно восхищения, а пустышка с мутным прошлым, которую можно только пожалеть. В качестве платонического соседа Холли Капоте изобразил самого себя — честолюбивого писателя с довольно пессимистичным взглядом на мир.

Ни любовной линии, ни хеппи-энда в книге нет: в отличие от экранного ловеласа в исполнении Джорджа Пеппарда, рассказчик вовсе не пытается сделать Холли своей женой (как минимум потому, что реальный Капоте никогда особо не скрывал, что он гей, и с женщинами его связывает только дружба). Писатель не замышлял свою повесть как лирическую комедию, так что и герой книги не питает в отношении Холли иллюзий: вряд ли у этой девушки все будет хорошо. Но Голливуд, конечно, рассудил по-своему.


Дневной дозор, 2005


После «Ночного дозора» Тимура Бекмамбетова зритель мог ожидать, что его сиквел, «Дневной дозор», будет продолжением, базирующимся на соответствующей книге Сергея Лукьяненко. Однако киношный сиквел оказался никак не связан с литературным: режиссер предпочел не переключаться на сюжетные линии романа «Дневной дозор», а продолжить те, что были начаты в «Ночном дозоре». 

Дело в том, что роман «Ночной дозор» состоит из трех частей, и одноименный фильм являлся экранизацией только первой из них, сиквел же почерпнул кое-какие идеи из второй и третьей частей, так что, по сути, его было бы логичнее назвать «Ночной дозор: Продолжение». Поменялся и жанр: на смену мистическому боевику пришла смесь черной комедии и фильма-катастрофы с мелодраматическими элементами.

Сюжет второй ленты, нашпигованной спецэффектами, превратился в результате всех этих пертурбаций в такую мешанину, что многие зрители с трудом понимали, что вообще происходит на экране, и чтение «Дневного дозора» никак не помогало разобраться в ситуации. «Все совпадения имен и событий с романом С. Лукьяненко носят случайный характер», — язвили рецензенты. 

Тем не менее и критики, и аудитория в целом согласились с тем, что в качестве продолжения первого фильма «Дневной дозор» работает неплохо. Да и сделан красиво. А что он не соответствует литературному названию, так ну и ладно — главное, что автор не против. Судя по тому, что Лукьяненко выступил соавтором сценария и снялся в камео в одном из эпизодов, он действительно был не против.


Звездный десант / Starship Troopers, 1997


Любители Роберта Хайнлайна только хмыкнули, посмотрев экранизацию романа «Звездный десант». Фильм называли стебом, гротеском, даже глумлением над оригиналом. Но Пол Верховен заявил: «Я так вижу!» — и попробуйте с ним поспорить. 

Верховену, по его словам, не понравились политические идеи, вложенные в книгу «Звездный десант», поэтому, берясь за экранизацию, он не стал воспевать футуристический милитаризм, а, наоборот, едко его высмеял. В своих интервью режиссер просил аудиторию не вестись на ура-патриотический тон ленты и судить персонажей по их словам и поступкам — мол, если вы присмотритесь к противостоянию этих бравых парней с инопланетными жуками, то поймете, что земляне ведут себя как настоящие фашисты-оккупанты.

Иронию почуяли не все: многие зрители до конца были убеждены, что болели за хороших парней. Но к самому Хайнлайну, конечно, все это имеет мало отношения, поскольку Верховен поменял сюжет книги до неузнаваемости. Получилось нечто «по мотивам», с сильно смещенными акцентами — и хотя поклонников писателя можно понять, все же само по себе переосмысление исходного материала еще не делает фильм плохим. Есть немало зрителей, которым кинолента нравится больше, чем книга.


Газонокосильщик / The Lawnmower Man, 1992


Растягиванию на два часа экранного времени поддается далеко не каждый литературный сюжет, и превратить в «полный метр» короткий рассказ, даже очень знаменитый, совсем не просто. Чаще всего рассказ становится лишь сюжетной завязкой, стартовой ступенькой, от которой отталкиваются события, а дальше сценарист сочиняет уже без всякой оглядки на автора — ведь ему хочешь не хочешь, а нужно добить сюжет до ста страниц. В таких случаях чаще получаются картины «по мотивам» литературных сюжетов, нежели полноценные экранизации. 

Но случай с «Газонокосильщиком» Стивена Кинга даже на этом фоне выглядит вопиюще. Любой, кто читал этот рассказ, знает, что сюжет о человеке, вызвавшем на дом газонокосильщика, который на поверку оказался лесным демоном, — это мистика. Почему же «Газонокосильщик», снятый голливудцами Бреттом С. Леонардом и Гаймелом Эвереттом, получился чистой воды киберпанком о виртуальной реальности и нейростимуляторах?

Все просто: Кинг здесь ни при чем. В основу фильма лег самостоятельный сценарий Леонарда и Эверета «Кибернетический бог», никакого отношения к творчеству «короля ужасов» изначально не имевший. Но поскольку заказавшая сценарий студия New Line Cinema владела правами на рассказ «Газонокосильщик», то было решено объединить две идеи и назвать фильм «экранизацией Кинга». От самого рассказа в итоге осталось только название да коротенький эпизод, в котором одного из персонажей насмерть зажевывает ожившей газонокосилкой. 

На этот раз у писателя, привыкшего ко всякому, лопнуло терпение: он потащил мошенников в суд и потребовал убрать свое имя из титров, заявив, что не позволит называть его соавтором разной ерунды. Свой куш в прокате Леонард и Эверет, впрочем, сорвать все-таки успели.



Вий, 2014


Классический гоголевский «Вий» — пробирающая до костей мистическая повесть с упырями, чертями, ожившими мертвецами и адским демоном, появление которого приводит к гибели главного героя. 

Берясь за своего «Вия», Олег Степченко переработал этот мрачный сюжет в приключенческий экшен, где от нечисти не осталось и следа, а Вий как таковой возникает лишь в виде галлюцинации, явившейся британскому картографу Джонатану Грину в результате неумеренной пьянки. Вся «мистика», вроде бы заявленная в сюжете, в итоге объясняется вполне научными средствами, а гоголевский сюжет о Хоме Бруте, «по мотивам» которого писался сценарий, остается за кадром и упоминается лишь мельком.

В целом, это больше похоже на «Сонную Лощину» Тима Бертона, чем на Николая Васильевича. Но расстраиваться причины нет: те, кому очень уж хочется увидеть гоголевскую версию событий, всегда могут пощекотать себе нервы «Вием» Константина Ершова и Георгия Кропачева —  фильм 1967 года снят гораздо ближе к оригиналу, чем 3D-фантазия Олега Степченко; недаром эту картину называют лучшим советским хоррором.


Загадочная история Бенджамина Баттона / The Curious Case of Benjamin Button, 2008


Фантастический рассказ Фрэнсиса Скотта Фицджеральда о необычном человеке, родившемся стариком и молодевшем в течение жизни, не претендовал на психологические глубины и был, в сущности, просто растянутым на несколько десятков страниц анекдотом, в который не предлагалось серьезно вдумываться (ну как, скажите, кто-то может родиться, сразу умея говорить?). 

Сюжет скорее иронизировал над человеком с редкой болезнью, которому всю жизнь приходилось подстраиваться под чужие правила, нежели сочувствовал ему. Чтобы анекдот не успел наскучить, жизненный путь Бенджамина Баттона был описан пунктирно, без особых подробностей, и заканчивался столь же лаконично: умер и умер.

Материал бедноватый, переносить на экран особо нечего. Поэтому в фильме 2008 года от рассказа осталась лишь идея о молодеющем старце, а все жизненные перипетии Баттона были досочинены группой сценаристов и нанизаны на этот остов с нуля. Зрители относятся к результату по-разному: кому-то близка злая сатира литературного оригинала, а кого-то привлекает тягучая кисельная драма, которой попытался разбавить биографию центрального героя режиссер Дэвид Финчер. 

Но одно бесспорно: это два очень непохожих произведения. Говорят, что история повторяется сначала в виде трагедии, а затем в виде фарса. С «Бенджамином Баттоном» вышло ровно наоборот.


Форрест Гамп / Forrest Gump, 1994


Может и хорошо, что роман писателя Уинстона Грума «Форрест Гамп», на основе которой был создан сценарий фильма, режиссер проигнорировал. Ведь концепция книги куда циничней и злей, и скорее тяготеет к сатире, нежели к драме, а главный герой ее — мизантроп. Книжный Форрест далеко не так невинен, как в фильме: он грязно ругается, употребляет наркотики и занимается сексом. 

В экранизации же эти отрицательные черты перенесены в образ Дженни. Ярче всего отличие книги от фильма видно в самой знаменитой цитате картины: «Жизнь —  как коробка конфет». Герой книги произносит ее: «Жизнь идиота — это вам не коробка конфет».

Грум, посетивший премьеру фильма, долго возмущался и никак не хотел признавать правоту сценаристов: его Форрест не нашел бы отклика в зрительских сердцах. Тем не менее, вдохновленный успехом фильма, он довольно скоро засел за печатную машинку и написал продолжение своей книги.

По материалам http://www.ivi.ru

2 комментария:

  1. Тема поистине неисчерпаемая! Можно часами вспоминать все экранизации, которые камня на камне не оставили от книги и то - все не вспомнишь.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Энн Райс, к примеру, была разочарована фильмом «Интервью с вампиром», в основу которого легла ее одноименная книга. Когда кастинг был завершен и на роль Лестата утвердили Тома Круза, Энн заявила, что он “такой же Лестат, как Эдвард Робинсон — Рэт Батлер”. Правда, когда писательница увидела готовый фильм, свои слова пришлось забрать обратно, поскольку мнение относительно Тома Круза у нее изменилось и она искренне поблагодарила актера за чудесную работу.

      Удалить